* * *

И. Бяльскому

Что нам виделось в этом окне,

в суете трехминутной стоянки?

Что нам виделось в этом огне

на случайном глухом полустанке?

Обитаем в расщелине лет,

где презренье похоже на зависть.

Наши души корявы, как хлеб,

безобразны, как первая завязь.

Фонари, фонари, фонари

отражаются в радужных лужах,

только этот огонь изнутри

обжигает больней, чем снаружи.

Только древнее слово живет

и маячит над каждою кровлей:

"Тот, кто Время свое назовет,

будет сам этим Временем проклят!"

Что б ни выпало - нечет ли, чет,

кошелек ли, дорога ли, кровь ли -

тот, кто Время свое назовет,

будет сам этим Временем проклят!

Но и опыт нас не уберег

от железных объятий арены -

так ночами за глотку берет

безымянное, темное Время.

Жарким шепотом, криком совы

окликает нас время ночами...

"Назови... назови... назови..."

-шелестит у меня за плечами.